Ползучая украинизация России

Сказку о насильственной русификации окраин Империи слушали все. На самом деле надо знать о попытке  украинизации России.

просмотры16755
11.02.16 16:53
Украина, Россия, украинизация, язык, мова, история

Понятие «украинизация» воспринимается подавляющим большинством населения постсоветских республик, как насильственное обучение украинскому языку русскоговорящего (и не только) населения «независимой» Украины, особенно после оранжевого переворота зимой 2004-2005 года, когда был произведен перевод документооборота  на государственный язык, и проведен ряд других мероприятий по вытеснению русского языка с украинской территории.

[gallery ids="230321"]

Однако (дело было в 1992 году), профессор Васильев на заседании кафедры политэкономии Харьковского университета   признался нам, молодым аспирантам в том, что за свою 80-летнюю жизнь пережил уже три украинизации. И во времена не к ночи будь упомянутого Ющенко украинизация не носила столь жестких мер, как первая советская украинизация второй половины двадцатых годов прошлого века. Мало того, что госслужащих просто увольняли с работы за плохое знание украинского языка, легче легкого было угодить в тюрьму по обвинению в великодержавном шовинизме.

Великодержавный шовинизм

Одной из жертв украинизации того времени оказался большевик с 1919 года, верный делу Ленина-Сталина, управляющий Абинским филиалом Госбанка СССР Буканов.  Он просто отказался принимать документ о перестраховании и об оплате за землеустройство  у «колгоспа iменi Першого Травня» (1 мая). Последовало сначала обвинение в том, что в результате колхоз понес убытки, затем – обвинение в великодержавном шовинизме. От тюрьмы спасло письмо Госбанка СССР, которое обязывало по всей территории СССР вести платежные документы исключительно на русском языке во избежание путаницы.

Материнский язык и украинизация

Вроде бы ничего интересного – молодой Украинской ССР требовались местные украинские кадры точно так же, как и Белорусской – коренные «бульбаши». Да только большевик Буканов руководил своим филиалом не где-то на Сумщине, а в городе Абинск, неподалеку от Краснодара (этот город - столица края в России). Как оказалось, вплоть до 1935 года «партия Сталина – сила народная»  вовсю превращала не то что Кубань, а и весь Северный Кавказ, в регион, населенный украинцами. Кстати, подобная участь постигла и другие регионы РСФСР, прилегающие к Украинской ССР.

Зачем? Ответ очевиден – в СССР не могло быть никого и ничего равноценного партии большевиков. В том числе и какой-то русской нации, объединяющей все республики Союза. Посему и не существовало никакой «партии большевиков Российской Федерации», зато было «три братских народа». Украинского и белорусского должно было быть побольше (и у каждого была своя национальная компартия), а русского – поменьше (и партии ему не полагалось). Потому что в государстве диктатуры пролетариата могла существовать и существовала единственная правящая сила – Партия большевиков. Опирающаяся на компартии национальных республик, а не на русский народ.

Но вернемся к украинизации, которая выплеснулась далеко за пределы Украинской ССР. Началась она немедленно после образования СССР. Уже в документах 1922 года сохранились упоминания «о необходимости украинизации отдельных регионов РСФСР, в которых проживают украинцы». Тогда же  была принята установка «об использовании в работе административных и культурных учреждений ряда районов Северного Кавказа украинского языка». Применительно к Кубани и отдельным районам Дона изначально отношение было не столь «формально-украинизаторским». Приезжавший с инспекциями на Кубань Нарком просвещения Луначарский предлагал в начальных классах вести обучение не на украинском, а на материнском языке.

Но местная бюрократия не заморачивалась с каким-то «материнским» языком. Требовалась «украинизация», в Харькове был издан «Правопис» этого языка – его и вводили в жизнь, как умели. А умели плохо.

Письмо счастья

Спасшее большевика Буданова от тюрьмы письмо было весьма примечательным. Это распоряжение N 31001 от 11 июля 1931 года, адресованное всем управляющим филиалами Госбанка на Северном Кавказе. Для усиления украинизации филиалов банка предполагалось:  Развернуть учебу по изучению украинского языка сотрудниками, но без всякого ущерба для нормальной оперативной работы филиалов (фактически не в рабочее время, в качестве общественной нагрузки), заказать и установить помимо вывесок на русском языке еще и вывески на украинском, заказать и применять только двойные (на украинском и русском языках) угловые штампы на письмах (форма штампов прилагалась), расходы по этим мероприятиям предполагалось произвести в пределах до 500 рублей с внесением в смету расходов по статье "курсы и стипендии". Если расходы окажутся больше, то надо составлять отдельную смету для получения ассигнований именно на эти расходы.

Установка же по использованию русского и украинского языков гласила:

Все книги, журналы, ордеры и вообще все оперативные документы банка должны были вестись на русском языке. При подаче клиентами балансов, кредитных и кассовых планов, а равно и платежных поручений, как и другого рода оперативно-денежных документов, все они тоже должны были быть написаны на русском языке.

Переписку с учреждениями и организациями в пределах своего района и (или) с другими подлежащими украинизации районами филиалы должны были вести на украинском языке, переписку же с конторой и с русскими районами -на русском языке.

Такие письма абсолютно верно отражают печальные результаты украинизации в период ее расцвета. Северный Кавказ и Кубань в частности, воспринимали «балачку»  как родную разговорную речь во многих семьях и, особенно, казацких станицах. В конце концов, в некоторых районах, выходцы из Малороссии составляли половину населения. «Балакать» (говорить) на языке, имевшем много общего с языком Запорожской Сечи, здесь привыкли и считали нормальным.

Вот только разговорный язык этот не имел ничего общего с письменным украинским языком, который был утвержден в столице УССР городе Харькове во второй половине 20-х годов. Официальный украинский язык создавался на основе диалектов Центральной Украины с привнесением в него полонизмов, которые легко принимались населением бывшей Малороссийской губернии, веками жившей или рядом с поляками, или вовсе под Польшей.

Запорожцы,Орлик и Мазепа

Совсем иное дело запорожцы Сечи. Которые мало того, что избирали своих атаманов, так еще и никаких малороссийских на дух не переносили. Не зря гетман Мазепа до позорного своего предательства 20 лет служивший Российской империи, не раз и не два просил Петра Первого Запорожскую Сечь изничтожить. Вражда гетманов Малороссии и Сечи была столь велика, что даже свои отряды к Карлу двенадцатому они привели отдельно и присягали ему на верность тоже в разное время (воспоминания Крмана).  Да и после Мазепы, самозваный гетман Филипп Орлик четко различал Русь Малую, что по берегам Днепра, и  Сечь Запорожскую. Кстати, и сама псевдоконституция Орлика написана языком никак не «украинским», коего просто не существовало в восемнадцатом веке ( 500 секунд правды об Украине. Миф 2. Первая в мире конституция Пилипа Орлика).

Тупик украинизации

Так или иначе, казаки Северного Кавказа охотно пели на очень близком к официальному украинскому языку, свои песни, блюли традиции, имели очень много общего в быту с жителями столичного в те годы Харькова, но украинцами себя не считали, и писать что-то на «мове» категорически не желали. Равно как и читать. Свободолюбивые казаки упорно сопротивлялись украинизации, что и находило свое отражение в многочисленных документах тех лет. К примеру, в 1931 году Краснодарская сельская контрольная комиссия винилась в том, что «Созданные кружки по изучению украинского языка  самоликвидировались (никто их не посещал, считая напрасной тратой времени), магазины  переполнены годами не раскупаемой массой украинской литературы» (там же, 11).

С переводом на украинский резко падал интерес населения к печатному слову. Так, тираж газеты «Колхозный путь» (орган Ейского райкома ВКП(б))  уменьшился почти втрое - с 13 до пяти тысяч экземпляров. Аналогичные процессы проходили повсеместно. В результате, с конца 1931 года из краснодарской окружной газеты "Красное знамя" начали исчезать материалы на украинском языке. Проводимая большевиками политика украинизации зашла в тупик.

В середине 30-х годов украинизация отдельных районов Российской Федерации была признана ошибочной и потихоньку прекратилась. А с началом Великой Отечественной войны партии пришлось вспомнить о существовании русского народа.

Сегодня все это стоит помнить хотя бы потому, что нам – всем нам, еще предстоит очищать мозги зомбированных жителей Украины и бороться с русофобской пропагандой и легендой о насильственной русификации Украины.

Чего не было и в помине.

Михаил Онуфриенко

Автор: